ИНТЕРВЬЮ | Платформа ООН по воде способствовала сохранению мирных отношений в Центральной Азии
![](https://mssi.kz/wp-content/uploads/2023/03/image1170x530cropped1-4-780x405.jpg)
В странах Центральной Азии, как и повсюду в мире, объем воды из расчета на душу населения резко снижается, а поэтому на передний план выходят вопросы рационального потребления и международного сотрудничества в сфере защиты трансграничных водных ресурсов. Об этом в интервью Дине Нескорожане из Службы новостей ООН рассказала заместитель председателя Комитета по осуществлению Конвенции ЕЭК ООН по охране и использованию трансграничных водотоков и международных озер и Председатель научно-информационного центра межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии в Центральной Азии Динара Зиганшина.
ДН: В странах Средней Азии возникают порой, так скажем, разногласия относительно водопользования в приграничных районах, в частности влияния гидроэлектрических сооружений на трансграничные водные ресурсы региона. Как Ваш комитет и Ваш центр способствуют урегулированию этих разногласий? Как ООН задействована на этом направлении?
ДЖ: Центральная Азия – это аридный регион. И все страны очень зависимы от воды в развитии всех секторов экономики и обеспечении нужд населения. Поэтому, я думаю, такого рода разногласия возникают везде – в различных бассейнах, но в Центральной Азии это стало более видимым, потому что было скомбинировано также с переходом, скажем, стран Центральной Азии в период независимости, потому что в период Советского Союза эти трансграничные реки, самые крупные, которые мы имеем – Амударья и Сырдарья – управлялись в рамках единого государства, а уже после независимости пять стран стали управлять ими отдельно как самостоятельные.
И вот этот период, скажем, перехода, он, в том числе, сказался на управлении водными ресурсами. И роль Комиссии в этом – огромная. Мне кажется, руководители водохозяйственных ведомств стран Центральной Азии проявили огромную мудрость в самом начале, в конце 1991 года, в преддверии вот этого развала Советского Союза. Они собрались в Ташкенте и решили, что они должны сохранить существующие хорошие отношения и скоординированное управление водой, чтобы не допустить каких-то не совсем приятных ситуаций и продолжать развитие. И основной задачей Комиссии является именно урегулирование всех вопросов водопользования. И, повторюсь, вода – это такой ресурс, который конкурентен, и доступ к нему всегда во все времена был очень сложной задачей. И поэтому Комиссии за эти тридцать лет в очень сложных социальных, экономических, политических условиях удалось способствовать сохранению мирных отношений между странами, безусловно, адаптируя управление водными ресурсами к новым условиям.
Вы правильно отметили, что сейчас идет развитие, в том числе и гидротехническое, во всех странах Центральной Азии. И это вызывает конфликт с исконным использованием, которым является орошение. И основным конфликтом, и я бы даже не назвала бы это конфликтом, основное, скажем, напряжение или согласование, которое требуется странам, это различные виды потребления, требующие воду в различное время. Если при использовании для производства электроэнергии больше всего воды и пропусков водохранилищ необходимо в зимнее время, то для орошения – в летнее время. И Комиссия за эти тридцать лет как раз и пыталась регулировать эти вопросы, налаживая систему оперативного управления трансграничными водными ресурсами.
Я говорила только о Комиссии, но, безусловно, большую роль в оказании содействия странам в создании такого управления, устойчивого управления водными ресурсами, сыграли и международные партнеры. И я хотела бы сказать об огромной роли ООН, организаций системы ООН, которые оказывали поддержку и содействие этой работе в плане технического содействия –– принципы, подходы к управлению водными ресурсами.
И отдельно я бы хотела отметить колоссальную роль Конвенции ЕЭК ООН по охране и использованию трансграничных водотоков и международных озер. Три страны региона – это Казахстан, Узбекистан и Туркменистан, являются сторонами этой Конвенции, а две страны не являются сторонами, но тем не менее также работают в рамках этой конвенции, участвуют в экспертных группах, рабочих встречах. Мне кажется, что формат работы всего аппарата Конвенции очень демократичен в том плане, что он не разделяет жестко, являетесь вы стороной или нет. Это создает очень хорошую атмосферу. Между странами региона были действительно очень напряженные периоды взаимодействия, и вот эта нейтральная, глобальная, региональная платформа помогала ощущать себя частью какого – то большего сообщества людей – единомышленников, которые, в принципе, не обсуждают политические вопросы. Обсуждаются вопросы очень прикладные.
ДН: Какова сейчас ситуация с обеспечением питьевой водой населения всех стран Центральной Азии и какое качество воды в регионе? Есть ли какой-то мировой рейтинг на этот счет?
ДЖ: Что касается качества питьевой воды то достаточно много вкладывается инвестиций в инфраструктуру во всех странах Центральной Азии, потому что население растет и качество воды ухудшается, в том числе под воздействием изменения климата и экономического развития в целом. Я Вам не скажу ничего по рейтингу, потому что наша Комиссия занимается водой как ресурсом, и это – сфера компетенции министерства водного хозяйства. Питьевым снабжением занимаются другие сектора, но я должна Вам сказать, что этому вопросу уделяется особенно большое внимание во всех странах и к этому привлекаются локальные органы власти, муниципалитеты и большая часть донорской поддержки также идет на развитие инфраструктуры.
ДН: Какие меры предпринимаются по рациональному использованию воды, в частности, в сельском хозяйстве в контексте всего региона? Есть ли общие проекты в этой сфере?
ДЖ: Да, очень много инициатив, например в 2008 году состоялся саммит учредителей Международного фонда спасения Арала. Кстати, в это воскресенье Фонд отпразднует свое 30-летие. Учредителями фонда являются президенты стран Центральной Азии. В своем выступлении президент Узбекистана как раз призвал все страны Центральной Азии разработать региональную программу совместного использования водных ресурсов. Мне кажется это ответственная инициатива страны, которая находится в нижнем течении, получает большую часть воды из рек Амударья и Сырдарья и использует ее на орошение. Задачи очень большие. Если мы посмотрим на тренды по росту населения, по воздействию изменения климата и росту экономик, то доступ к воде на душу населения резко снижается и поскольку нет других источников водоснабжения стран, то основная задача практически во всех странах заключается в рациональном потреблении, которое является одним из ключевых приоритетов национальных стратегий использования водных ресурсов, а также адаптации к изменению климата.
Это – одна из ключевых и приоритетных мер и поэтому интенсивно применяются сберегающие технологии, ведутся научные исследования по выращиванию засухоустойчивых культур, которые требуют меньше воды. Это достаточно большой объем работы, которая будет продолжаться. Еще не удалось достичь максимального потенциала рационального использования существующих ирригационных систем, которые были введены в эксплуатацию достаточно давно и их обновление требует массовых инвестиций.
ДН: Как регулируется ценовая политика на воду, есть ли общие подходы к этому вопросу в регионе? Как при этом учитываются социальные аспекты, возможности наименее обеспеченных людей в регионе?
ДЖ: Это ключевой вопрос потому что тарифы очень низкие во всех странах. Нет единого подхода, каждая страна пытается найти свой социально и экономически приемлемый механизм. Сейчас мы все больше говорим о том, что нужно привлекать частный сектор, потому что большая часть инвестиций, а в некоторых странах до 90 процентов, которые идут на восстановление ирригационных систем, их улучшение и модернизацию – это государственное финансирование, если как-то привлекать частный сектор, а его нужно привлекать, то тогда тарифы должны быть конкурентноспособными и они должны приносить дивиденды от инвестиций. Это палка о двух концах, потому что возлагать всю ответственность на водопользователей страны тоже не могут себе позволить. Поэтому реализуются разные проекты, сейчас, например, мы начинаем проект с международными партнерами, в том числе Европейской экономической комиссией ООН, в рамках новой климатической инициативы Германии, где мы будем помогать странам выстраивать приемлемые для них модели экономических взаимоотношений внутри стран по регулированию рационального водопользования, чтобы это стимулировало как самих водопользователей, так и поставщиков воды. Стимулы должны быть с двух сторон, мы не можем стимулировать лишь водопользователей к меньшему потреблению, мы должны также стимулировать поставщиков воды, поощрять их на повышение качества предоставляемых услуг.
ДН: Огромную роль в обеспечении питьевой водой в Средней Азии играют ледники, которые в последние годы стремительно тают. Как ооновские и другие международные структуры помогают странам региона в деле оценки состояния ледников и их защиты?
ДЖ: Ледники – это один из основных источников воды, помимо этого источником являются снежники, и таяние ледников – это большая проблема. Кыргызстан и Таджикистан очень активно продвигают этот вопрос на площадках ООН. Пару лет назад мы делали очень интересный анализ выступлений глав делегаций стран Восточной Европы, Кавказа и Центральной Азии на Генеральной Ассамблее ООН и проследили динамику, о чем они говорят и что их волнует и большей частью. И Кыргызстан, и Таджикистан волнует именно проблема ледников. У Таджикистана есть инициатива о создании международного центра охраны ледников, и я очень надеюсь, что такой центр будет создан и ООН будет оказывать поддержку в этой работе, в первую очередь в деле мониторинга, в установлении того, как таяние будет отражаться в целом на водообеспечении на использовании воды.
![В Центральной Азии дефицит воды, а также ограниченный доступ к природным ресурсам и энергии способствуют росту региональной напряженности. На фото: горный район Таджикистан, где сосредоточены запасы пресной воды.](https://global.unitednations.entermediadb.net/assets/mediadb/services/module/asset/downloads/preset/assets/2016/11/26090/image770x420cropped.jpg)
УКГВ ООН/ М.Садвакассова
Это – очень большая работа, которую нужно проводить и я надеюсь, что учреждения ООН будут в нее вовлечены.
Я очень рада, что в Центральной Азии существуют механизмы международного сотрудничества. Без механизмов, которые позволяют странам говорить и договариваться, будет очень трудно развиваться, особенно в таких условиях. Конференция ООН по воде – это именно та площадка, которая позволяет говорить и слушать друга. Всегда очень трудно говорить о базовых вещах, нам они кажутся очень простыми, но на самом деле самые базовые вещи, они самые сложные, потому что они касаются любого из нас. Недавно у меня был представитель одного посольства, которого назначили в Центральную Азию, и он сказал, что только здесь стал задумываться о том, как часто, а вернее, редко, мне надо открывать кран с водой. Он говорит, что понял, насколько ценна вода и насколько много проблем связано с базовым правом, о котором даже не задумываешься. Я рада, что мы обсуждаем эти вопросы, что мы слышим друг друга и придумаем что-то такое, что поможет нам всем жить в достаточно благополучном и обеспеченном водой мире.